Мистические Истории

НАДЯ ИЗ СУПЕРМАРКЕТА

История об удивительной женщине, работавшей в торговом зале одного из супермаркетов в провинциальном городке.

Я работаю товароведом в одном из продуктовых супермаркетов крупной Федеральной сети. Работы много, людей не хватает и это вечная проблема.

В последнее время, эту проблему частично решил аутстафф. Это система, позволяющая использовать чужих наемных рабочих по договору с организацией.

Другими словами: есть компания, которая занимается подбором сотрудников, их оформлением, выплатой зарплаты и координацией. А мы, как магазин, обращаемся в эту фирму с просьбой предоставить сотрудников (одного или несколько) на какой-то срок.

Люди выходят и работают в моем магазине. По итогам работы я составляю акт (сколько людей и сколько отработали) и отправляю начальству. Федеральная торговая сеть производит выплату организации, а потом организация уже производит выплату зарплаты, оставив себе значительный  процент.

Торговой сети удобно, что расчет нужно производить не с сотнями контрагентов, а всего лишь с одним. Людям удобно. Они могут выходить на работу, когда захотят или когда есть возможность (студенты). Позвонили в организацию и сказали, что завтра могут выйти. Им сообщили куда, и предупредили меня, или другого управляющего магазина.

Все хорошо. Только деньги люди получают смешные. Не знаю как в крупных городах, а в нашем небольшом городе, за 12 часовую смену в торговом зале (выкладка товара, проверка сроков годности, ценники и т.д.) организация платит людям 800 руб. за смену.

Совсем не удивительно, что большая часть людей, которые работают по этой схеме, отчаянно нуждаются в работе, и как правило, жизненные обстоятельства у этих людей очень не простые.

По этой причине у нас не принято «лезть в душу». Люди приходят, отрабатывают смену и уходят, не заводя знакомств или дружеских отношений. И к этому все привыкли.

Но вот, что бы один и тот же человек выходил на работу каждый день, и в течении двух недель не взял ни одного выходного – это было для меня в первые…

***

Звали ее Надя. Молодая, аккуратная женщина. Одевалась в простую удобную одежду, косметикой почти не пользовалась, но за своим внешним видом следила.

Ни с кем не разговаривала. Я сначала подумала, что она немая, но оказалось что это не так. Говорить она могла, но явно не стремилась к этому. В глаза покупателям никогда не смотрела и старалась вообще держаться подальше от людей.

От работы не пряталась. Беспрекословно выполняла все поручения, будь то просьба перебрать овощи или привести в порядок витрину с алкогольной продукцией, которую вообще никто не любил. Потому что одна случайно разбитая бутылка могла лишить человека зарплаты за всю смену.

Пришла она в мой магазин впервые. Это было сразу заметно. Она ничего не знала об этой работе. Но быстро сориентировалась и работала без нареканий.

Первое время я с настороженностью относилась к ней. Потом, поняв, как она работает, не могла нарадоваться такому сотруднику. С ней вообще не было никаких проблем. Ни жалоб, ни претензий, ни вопросов – пришла, отработала на совесть, ушла.

Моя главная кассирша как-то попыталась с ней поговорить, но после этой попытки узнала только, что Надя, снимает комнату в общежитии, рядом с магазином и живет одна. Разговор у них явно не задался, потому что после этого короткого общения, кассирша стала обходить ее стороной. Хотя я была уверенна, что Надя не сказала ей ни единого грубого слова. Не тем она была человеком. Но вот посмотреть могла так, что напрочь отбивало любое желание к продолжению разговора.

И вот, как-то раз, в субботу, уже ближе к закрытию, в моем магазине случился инцидент, который я не смогу забыть никогда.

***

Было лето, и хотя, время было уже позднее, на улице все еще было светло. Я сидела в подсобке и занималась оформлением заказа по «молочке» на завтра, изредка поглядывая на монитор камер наблюдения торгового зала.

Зал был пустой. Кассирша читала журнал, Надя проверяла ценники на бытовой химии. В магазине кроме нас троих больше никого не было.

Краем глаза я заметила движение на мониторе. Повернув голову, я увидела, как в магазин заходит мужчина с мальчиком лет шести. Жена за хлебом отправила, видимо. Они взяли тележку и не спеша двинулись по отделам. Мальчик, то и дело, хватал с витрин все подряд и кидал в тележку, а папа, мужественно сопротивлялся и возвращал товар назад на витрину, изредка оставляя что-то в тележке.

Не найдя в этом ничего интересного я вернулась к составлению заказа. Дело двигалось медленно. Заявку на молоко и кефир я уже составила, а вот со сметаной дело застопорилось. В программе было явно что-то не так. Днем я отчетливо видела, что сметаны в холодильники еще достаточно, но программа говорила о том, что сметаны нет. Скорее всего, вышла заминка со сроками годности. Или в программе были вбиты не верные, или Надя не убрала из холодильника сметану с истекающим сроком годности, а в это поверить было трудно.

Тяжело вздохнув, я отодвинула стул, встала и вышла в торговый зал, направляясь к холодильнику со сметаной.

Проходя по торговому залу, я увидела папу с сыном. Ребенок отчаянно требовал мармеладных червячков, а мужчина, сокрушенно качая головой, никак не мог понять, зачем они ему, ведь в корзине уже есть и зефир и конфеты.

Я улыбнулась. Очень знакомо.

-… хорошо, ладно, я сейчас спрошу у девушки есть ли эти… хм.. мармеладные червячки в магазине. Я вот думаю, что их нет, потому что их перестали выпускать.

Мужчина повернулся к Наде, которая делала вид, что ничего не слышит, и продолжала проверять ценники.

– Девушка, извините, вы можете сказать Мише, что у вас нет в магазине этих червяков?

– Папа, папа, они есть, они в каждом магазине есть!

Я уже собралась уходить, но замерла на полушаге. Я отчетливо увидела, как Надя вздрогнула при этих словах мужчины.

– Девушка, вы меня слышите? Помогите, пожалуйста, скажите, что у вас их нет.

Мужчина, улыбаясь, смотрел на девушку. Надя медленно повернулась, прижимая к груди мобильный терминал, и посмотрела в глаза мужчины. Лицо ее было испуганно:

-Миша? Вашего мальчика зовут Миша? – почти прошептала Надя.

Я чуть не охнула. Мало того, что Надя почти никогда не смотрит в глаза покупателям, так она еще и заговорила с ним! Кассирша тоже вышла из-за своей кассы и вытянулась в стойку, не желая пропустить ни единого слова.

– Да, – несколько сконфуженно произнес мужчина, – Миша, Михаил… А что?

Надя медленно перевела взгляд на мальчика и одними губами повторила:

– Миша… моего сына тоже зовут Миша… – глаза ее заблестели, губы дрожали.

Мальчик прижался к ноге отца. Его такое внимание к себе явно не порадовало. Мужчина, видя реакцию сына, вновь посмотрел на Надю и уже совсем другим тоном, более резким и холодным спросил:

– Женщина! Так у вас есть эти мармеладные черви или нет? Что тут вообще за цирк происходит?

Надя снова вздрогнула, быстро взглянула на мужчину и тут же опустила взгляд:

– Простите, да, есть, на выходе, возле кассы стеллаж стоит…

– Ну, спасибо тебе, – едко ответил мужчина, и, взяв сына за руку, потащил его к кассе. – Дурдом, какой то, а не магазин. Понабирают убогих, каких то, которые детей пугают…

Мужчина двигался к кассе, злобно бурча себе под нос. Я направилась к Наде, за объяснениями.

– Постойте! – голос Нади повис в гробовой тишине.

– Ты что делаешь, дура? Пусть идет себе, не трогай его, – я зашипела ей на ухо, холодея внутри.

Надя от меня отмахнулась. Мужчина остановился и медленно-медленно повернулся.

– Вам нужно к врачу.. У вас, там.. – правая рука Нади дернулась к своей голове, но закончить свою мысль мужчина ей не дал. Он взорвался.

Что он только ей не говорил. Это были ужасные слова. Грубые, жестокие и унизительные. В этот момент он забыл, что он отец и рядом с ним его сын, который начал плакать от страха. Да что там, он забыл, что он человек. Он приблизился к ней вплотную, размахивал руками и орал, выплевывая каждое слово ей в лицо.

Надя сжалась в комок, опустив голову и прижимая к своей груди этот треклятый терминал, вздрагивала от каждого слова. По ее щекам текли слезы.

Кассирша бросилась за кассу к тревожной кнопке, быстро взглянув на меня. Я кивнула. Я попыталась вмешаться, но он оттолкнул меня ругой и я чуть не упала. Дело запахло керосином…

Но вдруг, все прекратилось. Голос замер на полуслове. В повисшей тишине раздавался только плач ребенка.

Я посмотрела на него и по спине у меня побежали мурашки. Мужчина стоял в неестественной позе, глаза его закатились, лицо было серым, из уголка куб начала стекать струйка слюны.

Через несколько секунд по его телу прошла первая волна судорог. Он тяжело завалился на пол. Все его тело начали сотрясать конвульсии. Затылок его тяжело бухал о бетонный пол.

Кассирша завыла. Это вывело меня из ступора.

– Что ты воешь? Ты кнопку нажала? – заорала я на нее, снимая с себя форменную жилетку.

Кассирша часто закивала головой.

– Вызывай скорую, быстро! И за ребенком присмотри, что бы он этого не видел и не убежал никуда! Ты меня слышишь? – я скрутила жилетку в клубок и попыталась подложить под голову мужчине.

Взгляд кассирши стал более осмысленным, и она снова часто закивала, лихорадочно пытаясь достать телефон из кармана.

Изо рта мужчина пошла пена. У меня мелькнула мысль о том, что его нужно положить на бок, и я попыталась это сделать, но куда там. Он был здоровенным лосем, и для меня это была не выполнимая задача. Судороги продолжались, но складывалось впечатление, что с каждым разом они были все слабее, а кожа лица все серее…

Вдруг, меня решительно отодвинули в сторону. Я настолько оторопела от неожиданности, что только и смогла с тихим «ох» плюхнуться на заднюю точку.

Это была Надя. Она стала перед мужчиной на колени и взяла его голову в свои маленькие ладошки. Ее лицо меня напугало больше, чем все происходящее в моем магазине. Наверно именно с таким лицом люди кидаются на амбразуру или под танк со связкой гранат.

Она закрыла глаза и замерла, держа голову мужчины в своих руках.

Не знаю, сколько это продолжалось, но что-то явно изменилось. Мужчина перестал сотрясаться, а его лицо хоть и оставалось бледным как мел, но уже не было серым. Через какое-то время, тяжело выдохнув, Надя отпустила голову мужчины. У него из носа начала течь кровь.

И была она какая-то странная, очень густая и почти черная.

Надя повернулась ко мне и заплетающимся языком сказала:

– Иди сюда.

И сказала она это так, что я ни на секунду не задумываясь, ни вставая с пола на ноги, а на карачках, поползла к изголовью мужчины.

– Сядь тут… голову ему держи… кровь не останавливайте, пусть течет…

Она с трудом встала и, пошатываясь, заковыляла в подсобку.

Потом в магазин ворвалась группа быстрого реагирования, приехавшая по нажатию тревожной кнопки. Бойцы, оценив обстановку, и поняв, что угрозы магазину нет, немного потоптались и уехали.

Почти одновременно с ними приехала бригада скорой помощи. Мужчина к тому моменту уже пришел в себя и пытался как-то успокоить сына, что с его видом было не просто сделать. Мальчик вцепился в кассиршу, и ни в какую не хотел подходить к перепачканному отцу.

Медики, бросив взгляд на пациента, сделали мгновенный вывод о том, что причиной вызова был нос и попытались проехаться по нам, но как услышали о судорогах, очень резво загрузили мужчину и его сына в машину и, включив мигалки с сиреной, увезли.

Мы остались одни. Нужно закрывать магазин, снимать кассу и прибраться тут. Вытекло из мужичка изрядно…

***

Я про Надю забыла совершенно. А когда я о ней вспомнила, то была уверенна, что она давным-давно ушла из магазина.

Это было не так. Она сидела в раздевалке, без света, в самом дальнем углу на полу, обхватив ноги руками, и тихонько всхлипывала.

Кассирша уже ушла. Двери закрыты. Мне осталось переодеться, поставить магазин на сигнализацию и все. Этот длинный день наконец-то закончится. Но увидев девушку, сидящую на полу, я поняла, что день закончиться еще не скоро.

Я устало вздохнула и пошла, ставить чайник. Взяла упаковку пряников с полки, а из нижнего ящика стола початую бутылку коньяка.

Подняв и отведя девушку на нашу «кухню» (мы так называем это помещение) я начала приводить ее в чувство, а в том, что ей это было необходимо – не было никаких сомнений.

Все-таки кофе с коньяком и свежие тульские пряники способны творить чудеса, и Надя начала потихоньку приходить в себя. Уж не знаю почему, но выглядела она очень потрепанной.

И через какое-то время она рассказала мне свою историю. Я не просила ее об этом и ничего не спрашивала. Ни то, что бы мне не было интересно, но я не могла и не хотела спрашивать ее об этом. Она сама начала говорить.

***

У нее была семья. Муж, который ее очень любил и маленький сын, по имени Миша… Да, уж, совпадение так совпадение…

Она их бросила. В один прекрасный момент, взяла свои документы, немного денег, купила билет на ближайший поезд и вышла на случайном вокзале. Так она оказалась в нашем городке. Дома она оставила всё: ключи, телефон, записку, свою любовь, свое будущее и свою душу. Но иначе она поступить не могла.

Надя работала на стройке, оператором башенного крана. И ее убило током. В буквальном смысле. Она 8 минут была в состоянии клинической смерти. А потом очнулась. Все были в шоке и не понимали, как такое возможно, но факт остается фактом.

С того момента она начала видеть в людях всякое. Сначала она не понимала что это такое, и ходила по врачам, в страхе пытаясь найти объяснение. Но когда поняла – перестала.

Она видела людские болячки. Те, что внутри людей. И иногда, она могла их лечить. Не все и не всегда, но часто.

Слух о ней пополз по всему городу и люди сами пошли к ней за помощью. И она, пыталась помочь всем, чем могла, до глубины души переживая каждый раз, когда была не в силах это сделать.

Но, у ее дара, оказывается, была обратная сторона. Поняла она это не сразу, а когда осознала – пришла в ужас.

Оказывается, каждый раз, когда она спасала кому то жизнь, кто-то другой рядом с ней все равно умирал.

Чем больше людей она спасала, тем больше странных, нелепых и страшных несчастных случаев происходило вокруг ее дома, и в местах, где она часто бывала.

Заметили это люди. И в одночасье она превратилась из целительницы в чумную, несущую смерть.

Все стало очень плохо. Ни ей, ни ее семье не давали прохода. Они не могли выйти из дома. Телефоны и дверной замок пришлось отключить. Полиция приезжали к ним чуть ли не каждый день. То соседи вызывали, наговаривая на них, не пойми что, то они сами вызывали, пытаясь защититься от родственников, недавно умершего человека, которые винили в его смерти ее, Надю.

Желая защитить своего сына и дать ему нормальную жизнь, она уехала, не оставив никаких координат.

С тех пор она дала себе слово, что никто больше по ее вине не умрет. Она никогда больше не будет спасать людей. И свое слово она держала, до сегодняшнего дня.

Но этот мальчик по имени Миша напомнил ей о сыне, который в этом году пойдет в школу. Первая линейка, школьная форма, рюкзак, всякие принадлежности… все купить все собрать. Прийти всем вместе на линейку, держа сына за руку. Девочки с бантами, мальчики с букетами цветов. Музыка из собственного детства и слезы радости на глазах. Такие простые вещи и такие для нее недостижимые…

Она просто не смогла оставить все как есть. Не могла позволить, что бы тот мальчик потерял сегодня своего отца. А теперь кто-то обязательно умрет.

И она в сотый раз расплакалась…

***

Я сидела и хлопала глазами. Я просто не знала что сказать. Все рассказанное Надей было настолько за пределами того с чем я сталкивалась в жизни, что даже не знаю…

Мы посидели, молча, а потом, я решила, что грех это, переводить хороший коньяк на кофе. Он без него намного лучше.

Мне потребовалось, какое-то время, что бы понять, что я об этом всем думаю. Что бы там не случилось и как бы это ни было, но Надя была хорошим человеком, и не делала ничего плохого. Все чего она хотела, так это помогать людям. Наказывать себя за это, отказом от семьи и лишать сына матери, нельзя. То что она уехала из того города было правильно, но вот то, что оставила семью – нет. Нужно было просто уехать всем вместе. Я так ей это и сказала. Выбив из нее обещание, что она им позвонит. Она пообещала, но я была уверенна, что в ближайшее время она это делать не станет…

***

На следующий день, вокруг моего магазина собралась толпа людей. Но их интересовал не магазин. Их привлекло ДТП на перекрестке возле магазина. Я как увидела всех этих людей – так меня сразу же начала бить крупная дрожь. Во первых, я поняла, что все, что мне рассказала Надя было правдой, а во вторых, я не могла понять, что всем этим людям нужно? Почему чужое горе или несчастье всегда собирает толпу подобных… даже не знаю, как их назвать…

Мне потом сказали, что ДТП было серьезным и даже кто-то погиб. Но я и так уже знала об этом.

Надя на работу не вышла. Я вообще ее больше не видела. Она уехала. Снова все бросила и уехала.

В тот же день к нам заходил участковый. Все выспрашивал о ней и о том, что здесь произошло. Но ничего не узнал. Мы с кассиршей рассказали все как есть. Пришел покупатель. Был неадекватен. Вдруг стало плохо. Вызвали скорую. Все.

Вслед за участковым пришла, какая-то пигалица с местного телевидения и тоже начала выспрашивать, но мы ее быстро спровадили.

Я еще не поняла, с чего бы это? Ведь ничего сверхъестественного (при взгляде со стороны) не произошло. От куда такой интерес?

Но через два дня все встало на свои места. К нам зашла женщина с тем самым мальчиком по имени Миша. Это была супруга того мужчины.

***

Она рассказала нам, что мужа, по прибытии в больницу, сразу же отправили на МРТ с подозрением на инсульт. И очень удивились, что с ним все в порядке, кроме одной мелочи. На снимке отчетливо было видно то, чего там быть не должно. Врачи сначала подумали, что это небольшая опухоль, но присмотревшись, с удивлением распознали в этой аномалии давно заживший рубец, как, будто после операции.

Что было особенно удивительно, потому что никакого хирургического вмешательства на голове мужа этой женщины никогда не было.

Женщина поблагодарила нас всех за то, что мы помогли ее мужу, спросила, как она может нас отблагодарить и, услышав, что ничего не нужно и все в порядке немного замялась.

А потом посмотрела мне в глаза и прямо спросила:

– Я ведь ее тут больше не увижу?

Я помедлила, но соврать этой женщине не смогла. Она имела право знать:

– Нет, не увидите. Она уехала из города и больше не вернется, – опустив глаза, тихо ответила я.

Женщина помолчала, а потом вновь спросила:

– А вы можете мне хотя бы имя ее сказать? Чтобы ни говорили врачи, но я знаю, что она сделала и для моего мужа и для всей нашей семьи. Мне сын многое рассказал, да и я сама не дура. Я знаю, что сейчас перед вами должна стоять убитая горем вдова, а не счастливая мать и любящая жена. Не знаю как, не знаю почему, но я знаю, что она сделала… Имя, хотя бы имя мне скажите, пожалуйста…

Я взглянула на женщину, потому что голос ее дрогнул. Она плакала и с мольбой смотрела на меня.

– Надя, ее звали Надя, – со вздохом сказала я и быстро добавила, – извините, мне нужно работать, больше я все равно ничего не знаю.

– Надежда…ну конечно… какое же еще у нее может быть имя?.. – последние слова я уже слышала краем уха, а потом дверь в подсобку за моей спиной закрылась, и я, шумно выдохнув, уселась за свой компьютер.

Сметана сама себя не закажет…

 

Что вы думаете об этой публикации? Поставьте свою оценку:
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)


Зайдите на 4MF через:
И вам станет доступен весь контент сайта, а так же Вы сможете оставлять комментарии. Это быстро, просто и безопасно. Политика Конфиденциальности

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Don`t copy text!